СОБЫТИЕ ВЕКА:
Антуан де Сент-Экзюпери
«Я
долго жил среди взрослых. Я видел их совсем
близко. И от этого, признаться, не стал думать о
них лучше», — заметил вскользь Летчик. И в этом
веке взрослые как биологический вид мало
изменились: даже действуя из лучших побуждений,
они остаются сами собой...
 29
июня, в день столетия Летчика, взрослые открыли в
Лионе мемориальную доску, богатый бронзовый
картуш, на доме, где родился Антуан де
Сент-Экзюпери. Выпустили почтовую марку и
научный труд «Эзотерика «Маленького принца». 28
мая 2000 года наследники писателя направили
открытое письмо президенту, премьер-министру,
министру обороны Франции (а также вице-адмиралу
Оберу, морскому коменданту г. Тулон) с просьбой
воспрепятствовать наконец самодеятельным
розыскам останков Летчика.
Авторы письма шокированы
тем, что частные лица могут совершать погружения
в акватории Кассиса и всяческие изыскания вокруг
остова боевой машины, которую они
бездоказательно называют самолетом
Сент-Экзюпери. А поскольку пресса, ведомая
победительно-смертельным инстинктом сенсации,
готова сообщить точные координаты места,
«водолазы и хищники со всех берегов» ринутся к
месту гибели самолета.
Что, с точки зрения
авторов письма, граничит с осквернением останков
и должно преследоваться по закону.
Тут, конечно, взрослые
правы.
Впрочем, говорят, кому-то
очень хочется доказать, что он умер, как все, а не
сказать правду — ушел в небо.
Наследники Летчика просят
поднять самолет со дна морского силами флота
Франции и в обстановке секретности провести
экспертизу на одной из военно-воздушных баз. Если
это действительно боевая машина Сент-Экзюпери,
она должна стать национальным монументом...
А пока лишь в Париже на
стене Пантеона высечена надпись: «Антуан де
Сент-Экзюпери. 31 июля 1944 года. Умер за Францию».
Когда-то энергичный
издатель Фредерик Галлимар присылал
Сент-Экзюпери корректуры его книг в Анды и Сахару
почтовыми самолетами — иного пути не было.
Нынешним летом знаменитый издательский дом
«Галлимар» снова выпустил в свет «Письма к
матери» и книгу воспоминаний сестры Летчика
Симоны де Сент-Экзюпери «Пятеро детей в парке».
«Я мог бы писать, у меня
нашлось бы время, но писать я еще не умею, моя
книга во мне еще не созрела. Книга, которая
«утолит жажду», — сообщал он матери в мае 1940 года,
«разложив бумагу на коленях в ожидании воздушной
бомбардировки, о которой объявили, но которая все
не начинается».
Вне всякого сомнения,
книга эта зрела в нем всю жизнь.
Это сам Сент-Экзюпери в 1928
году в Сахаре приручил «лисенка-фенека — зовется
также лисой-одиночкой. Он меньше кошки, и у него
огромные уши. Он очарователен. ...К сожалению, он
дик, как хищный зверь, и рычит, как лев».
Увы, побежденного и
прирученного Лиса Летчику пришлось оставить в
пустыне.
Из чего и отчеканилось
пятнадцатью годами позже: «Ты навсегда в ответе
за всех, кого...»
И «маленьким принцем» он
впервые, кажется, назвал увиденного случайно в
тусклом и набитом людьми вагоне третьего класса
спящего мальчика, сына польских
рабочих-иммигрантов, высланных из Франции: «Храп,
стоны, невнятное бормотание, скрежет грубых
башмаков по дереву... все сливалось в глухой,
непрестанный шум. ...Между отцом и матерью кое-как
примостился малыш.
...Эти бесформенные
тяжелые кули породили чудо изящества и обаяния».
Так, впрочем, всегда
бывает со взрослыми — и детьми, взрослыми — и
поэтами.
Сент-Экзюпери знал цену
старому дому, и старому бельевому шкафу, и старой
няне, охраняющей камчатные паруса салфеток от
обветшания. Летчик знал цену земле. Потомок
крестоносцев (несомненно, от их мистических
Небесных Роз произошла небесная роза астероида
В-612), он знал цену «странной войне» 1940 года. Знал
так хорошо, что горькая проза «Военного летчика»
была запрещена даже в армейских подразделениях
генерала де Голля.
Тем не менее он сражался
за Францию. Погиб, как Фонарщик, ведомый не
скепсисом как мерой всех вещей, а чувством долга.
«Такой уговор... И понимать
нечего... Уговор есть уговор. ...Моя планета год от
году вращается все быстрее, а уговор остается
прежним».
Возможно, он был последним
великим романтиком Европы.
За это завертевшаяся до
одури планета всегда будет его любить.
Елена ДЬЯКОВА
06.07.2000 |
